Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

ХРУСТАЛЬНАЯ ХРУПКОСТЬ БЫТИЯ

В гораздо худших обстоятельствах Мандельштам выработал формулу нашего пребывания в отечестве: «Мы живем, под собою не чуя страны». Многих этой весной не покидает ощущение, что страна, в которой они родились, которую искренне любили, вдруг исчезла. Словно кто-то сдернул пелену, сотканную из рахманиновской музыки, подмосковной сирени и ахматовской поэзии, а под ней оказалось жуткое босховское чудовище, всклокоченное, ревущее, клацающее окровавленными зубами. Смотреть ему в глаза страшно, еще страшнее осознавать, что вот такая она и есть наша страна.

На самом деле, боюсь, вся прелесть России как раз и состоит в хрустальной хрупкости ее красоты, дарующей одним беспокойство Достоевского, другим – истерику Цветаевой, третьим – фатализм Чехова, четвертым – сарказм Булгакова, пятым – снобизм Набокова. Ощущение бездны, простирающейся не где-то, а под самыми нашими ногами, и есть нерв большой русской культуры. Создал бы Бунин «Темные аллеи», если бы не было «Окаянных дней»? Мог ли Шостакович родиться в Швейцарии среди всех ее незабудок? Боюсь, он и во Франции родиться не мог бы. Разве в Германии, и то исключительно после версальского позора, так, чтобы угодить в самую жуть фашистской диктатуры. Седьмую симфонию нельзя написать, любуясь альпийской идиллией. Такие вещи рождаются только на краю бездны. Дыхание сдавлено, ноги дрожат, вы хватаете воздух руками, то ли балансируя, то ли надеясь на что-то. И наконец все-таки заставляете себя выпрямиться и заглянуть вниз.

Я думаю, что время заглянуть вниз пришло для всех нас.

ДАЛЬШЕ - http://www.snob.ru/magazine/entry/75596

АМЕРИКАНЦЫ, КОТОРЫЕ НАУЧИЛИ МЕНЯ ЛЮБИТЬ РОССИЮ

Хотя любить её к тому моменту было не за что

В 1971 году Карл и Эллендея Проффер основали издательство «Ардис», которое спасло запрещенную русскую литературу от забвения. Как это было, рассказывает Эллендея Проффер - http://www.snob.ru/magazine/entry/65034

Как мы разлюбили маленького человека

Мою письмо для зимнего "Сноба":

Чарльз Диккенс, вдохновивший нас на этот номер, давно переехал в детскую. Так выразился бы, наверное, Владимир Набоков. Или, точнее, мимикрировал до школьной программы, куда, по верному замечанию Виктора Пелевина, включают только те произведения, которые дети ни при каких обстоятельствах добровольно читать не будут. Впрочем, в XIX веке социальная проблематика была крайне востребована, считалась темой центральной, респектабельной. Приличные дамы и господа со сладострастием мазохистов зачитывались бесконечными сагами про кровоточащие язвы и гнойные нарывы собственного мира, особенно про детишек, которых морят голодом, обкрадывают, секут розгами, чтобы затем обругать «неблагодарными». Романы Диккенса изобилуют длиннотами вовсе не потому, что он не умел рассказать свои истории короче. Так было выгоднее. Романы публиковались по частям. И походили больше всего на современные сериалы, где вся прелесть не в концовке, а в бесконечности. Читая книги Диккенса, я постоянно представлял себе слезы, которые какая-нибудь третья герцогиня Варвикская утирала кружевным надушенным платочком строго по расписанию, в соответствии с графиком выхода очередной порции страданий очередного маленького человека. Это была особая микстура милосердия, прописанная Диккенсом эпохе дикого капитализма. Две столовые ложки после еды.

Маленький человек, которого пестовала добродетельная литература XIX века, в XX веке показал, на что на самом деле способен. Маленький человек XX века стал большим, распрямился во весь рост, разбух, заматерел и начал хамить.

Дальше - http://www.snob.ru/magazine/entry/55814

КТО ОСТАЛСЯ С НОСОМ

Я редко хочу кого-то убить стулом. Последний раз это чувство посетило меня в пятницу на открытых дебатах по поводу присуждения литературной премии «Нос». Я очень хотел убить стулом практически всех, кто в тот памятный вечер оказался на сцене, кроме, пожалуй, Ирины Дмитриевны Прохоровой. Она сама, если и не собиралась убивать кого-то стулом, то точно хотела испариться. Как соучредитель премии, Ирина Дмитриевна Прохорова не могла влиять на решение жюри, но по той же причине не могла и испариться. Ей пришлось пройти этот скорбный путь до конца. Еще я не хотел убивать стулом поэта Елену Фанайлову — единственную, кто не побоялся вступить в бой с кучей раздувшихся от важности культурных единиц. Их вердикт был таков: мы не можем дать премию абсолютному фавориту этого года — Ирине Ясиной, потому что ее книга «История болезни» недостаточно литературна, и вообще она в инвалидной коляске и пытается взять нас на политкорректность. А политкорректность — это пошлость, а мы такие не пошлые, мы возвышенные литературные критики.


ДАЛЬШЕ ЗДЕСЬ - http://www.snob.ru/profile/24889/blog/45805

ЗАВТРА БУДУ В ЦДХ

3 декабря, на Non Fiction буду презентовать наше юбилейное издание "GQ 10 лет в пяти книгах". Кстати, у нас тут на сайте комплект разыгрывают - http://www.gq.ru/journal/anniversary/3936/


Буду рад встрече. Приходите.

ЦДХ, Крымский вал, зона семинаров № 1, 17.00.

ВСЕХ ЖДУ

24 ноября, четверг, в ЦУМе в 19.00 будем подписывать наше праздничное издание - GQ 10 лет в пяти книгах - http://www.gq.ru/journal/anniversary/3880/

Буду я, конечно. А также: Дмитрий Быков, Виктор Ерофеев, Эдуард Лимонов, Фёдор Павлов- Андреевич, Григорий Ревзин, Ксения Собчак, Ксения Соколова и другие наши замечательные авторы. Со всеми можно будет пообщаться и взять автографы, конечно, на свежеприобретенные тома. Труд грандиозный. Правда. И, по-моему, весьма полезный, местами поучительный.

GQ В АВГУСТЕ

Вот мой видеоанонс - http://www.gq.ru/journal/gq_backstage/3138/.

Самое, на мой взгляд, удачное - НОВЫЙ ДЕКАМЕРОН - впервые мы решили опубликовать в журнале прозу, а именно рассказы 10 русских писателей, написанные специально для GQ.

Захар Прилепин, Михаил Елизаров, Сергей Шаргунов, Дмитрий Быков, Виктор Ерофеев, Михаил Идов, Федор Павлов-Андреевич, Эдуард Лимонов, Денис Осокин, Михаил Трофименков.

Вот цитата из рассказа "Паяцы" Михаила Елизарова:

"... Мое северное туловище под солнцем казалось мне даже не белым, а ливерно-сырым. Я застеснялся самого себя и пошел искать укромное место. Вначале шел через раскаленную толпуу по набережной, мимо дышащих мясом и тестом лотков, мимо скрипучих причалов, мусорных баков, набитых выеденными арбузными черепами. Воздух от жары дрожал и звенел. Пахло водорослями, кипарисами, жареной осетриной и общественными уборными..."

А это рассказ Захара Прилепина "Вонт Вайн":

"... Он видел ее впервые в жизни.
- Ждала меня? - спросил он, подняв взгляд от остроносых туфелек к ее подбородку, рту, глазам - словно бы измерив рост особи.
Она удивленно сморгнула длинными ресницами, и тут же ее глаза отлично сыграли шипучую смесь легкого возмущения. Приоткрыв губы, она еще секунду помолчала, потом строго ответила, почти невидимо улыбаясь:
- Со мной так никто еще не разговаривал.
- Тебя как зовут? - спросил он...
Она приоткрыла рот, все еще доигрывая возмущение, и поэтому не отвечая, а только быстро оглядывая его и даже, кажется, пытаясь уловить его запах тонкими ноздрями.
Он пожал плечами и развернулся уходить.
- А тебя? - спросила она его затылок..."

ОПРОВЕРЖЕНИЕ

С сожалением должен сообщить, что анонсированный обед в ресторане "Балкон" по поводу моей книги "Семь ангелов" едва ли состоится. Я поначалу был не против частной вечеринки для друзей и знакомых, но выяснилось, что кому-то захотелось использовать мое имя и имя журнала для вполне коммерческих игр.

Так вчера по Москве разослали странный пресс-релиз, который, увы, не был со мной согласован. Удивительно, что находятся такие авантюристы, которые могут от моего имени и имени журнала GQ рассылать бумажки, весьма кудряво составленные, о которых ни я, ни кто-нибудь еще в журнале GQ не имели ни малейшего представления. Я так же не был поставлен в известность о программе вечера. Особенно меня насторожили следующие строки:

"Организаторы вечера предложат гостям принять участие в импровизированном детективном расследовании, а также конкурсе на основе логических загадок. Победители получат призы от итальянских партнеров".

Главная "логическая загадка" лично для меня - как скоро уволят пиарщика, сотворившего этот бред, подставившего и меня, и "Эксмо", и Вильяма Ламберти (хорошего, надо сказать, шефа) и, что хуже всего - приглашенных людей, которые и не думали, что их дурачат безответственные халтурщики.

Злополучный пресс-релиз рассылали с адреса ginzapressa@gmail.com от имени Ekaterina Belyk PR Ginza Project.

ТЕКУЩЕЕ

Время страшно уплотнилось, оттого почти не пишу в дневник. Даже при жесточайшем отсеве эфиров, мероприятий, встреч почти не получается выкроить время на себя. С грехом пополам успеваю заниматься спортом. Четыре-пять раз в неделю вместо семи, как было прежде. Новую книгу, которую было бодро начал писать, отложил. Но думаю о ней постоянно. Время - первые годы царствования Петра Первого, до Азовского похода. Ну и, разумеется, наши дни. В книге будут совмещены три жанра. Классический детектив - убийство в замкнутом пространстве, убийца - среди свидетелей. Место действия - особняк петровского вельможи в Немецкой слободе. В современной части совмещены два жанра - саспенс и триллер. Фон - густая муть российских политических и националистических теорий, в которой придется бултыхаться Алехину, уже знакомому вам по "Зимней коллекции смерти" и "Семи ангелам".

Кстати, обсуждаю два проекта экранизации "Семи ангелов". Я бы, право, подождал чуть-чуть, до выхода третьей книги, но у нас ждать не любят.